Роман Житко

Месть Шеду

Крестом печали стою на бреге,

Где одиноким когда-то был, -

И помню только о юном беге

Разгорячённых степных кобыл.

Не помню слов о любви, и вере,

И о пленительном круге звёзд;

И не припомню, к какой химере

Лежит дорога на сотни вёрст.

И не увидеть мне той, в которой

Когда-то радость моя жила:

В вину не ставлю юдоли скорой,

Что вдаль уносят меня крыла.

Туда, где всюду волной седою

Играют нашей судьбой пески, -

На лике с долгою бородою

Не отразится былой тоски.

Олоферн

В золочёной своей тюрьме

Осеняя себя покровами -

Ты запамятовал: суровыми

Остаются сердца во тьме;

Видел душу не голубиную,

Только правды одной бежал:

Согревал на груди любимую,

Не приметив холодных жал.

Строительная Жертва

Не найду я другой несвободы,

Чем душа, каковой не верну:
Никогда не равняются всходы

Обращённому в землю зерну;

И, пока матерьялы - для новой

Пирамиды - горят на кострах,

Положу свое сердце - основой

Мироздания - в пепел и прах.

Моя история

Приму без особой дрожи:

За прошлое заплатив -

Не снять обожженной кожи

И память не сдать в архив;

Простых и печальных истин

Ищу для себя вдали:

Не примет живая пристань

Ушедшие корабли.

Все верно. Не станет слово

Целением наших душ,

Спасением для былого,

В котором таится глушь;

И, в сумерках злого рока

Всё тайное погубя, -

Едва ль мы найдем порока,

Отличного от себя.

Всадник в Пустыне

Ветра седые не случайны;

Ты, мудрый, понуждён хранить

Тебе назначенные тайны,

Как путеводной сути нить:

Ты, видящий живое в профиль,

Потерянный во временах, -

Ты, безотрадный Мефистофель

Иль оберег души монах,

Ищи последнего предела

Земли - исхода наших вех

В иное; - изойди из тела -

И повлеки с собою всех;

Не заключи себе завета

И не сочти за благодать,

Что берега Другого Света

Тебе случится повидать.

Infinitas

Дорога живого, засушлива и дождлива,

Укроет святую отраду в бездонных днях:

В саду мироздания где-то цветет олива -

А где-то лучится безмолвие на камнях.