Пётр Семинский

 

ПОСЛЕДНЯЯ КНИГА ФАНТАСТА

рассказ

Провинциальный писатель Ярослав Звездопадов неожиданно даже для самого себя решил завершить творческую карьеру. Скромную известность ему принесли ни стихи, ни пьесы, а фантастические рассказы. Но с течением времени развитие науки набрало такой темп, что предсказывать открытия ближайшего будущего не представлялось возможным даже для прирождённого фантазёра. Кроме того, уже и документальные телеканалы предлагали зрителям такие сведения, воспринять которые могло не всякое воображение.

Большинство исторических фактов приписывалось к свершениям инопланетян, которые решительно вмешивались в эволюцию и даже в сегодняшний день землян. А сами «аборигены» Голубой планеты после каждой новой гипотезы рисовались всё более беспомощными подопытными организмами, изначально не способными на что-либо масштабное и судьбоносное для самих же себя. Вливаться в этот странный процесс описания практического бессилия себе подобных представителей цивилизации, литератор не желал. Однако бросать дело всей жизни без звучного завершающего аккорда неутомимый выдумщик тоже не собирался. Он решил напоследок создать нечто неповторимое, зрелищное, значимое как для настоящего, так и для будущего, что обязательно ошеломило бы современников.

Идеи, которые должны были появляться, по мнению стареющего мистика, подобно полноводной реке, с трудом пробивались сквозь «бетон» будничности в виде явно пересыхающего ручейка плохо закамуфлированных тавтологий.

Утопии, одна нелепее другой, толпились в сознании, но не вызывали рвения немедленно воплощать их в жизнь. Например, чего стоило желание создать проектор, который бы по вечерам выводил на небосвод его лучшие строки. Или хрустальный том, размерами в рост человека. Эта библиотечная ячейка по воле взгляда читателя перелистывала бы виртуальные страницы  полного собрания сочинений своего создателя. При более тщательном анализе получалось, что всё это не что иное, как электронные нанотехнологические проекты надгробия!

Фантаст был не прочь превратиться в световой луч и окунуться в ближайшую Чёрную Дыру. При этом он надеялся вернуться назад через ещё не открытую Белую щель в пространстве или, на худой конец, через широко разрекламированную Кротовую Нору. При внимательном рассуждении получалось, что он всего лишь развивал полумистический проект о криогенной заморозке человеке в надежде на бесконечные возможности медицины будущего.

Более-менее приемлемой казалась разработка Исключительно Оборонного Оружия. В воображении Ярослава вакуумные шары, вброшенные прямо по курсу вражеской авиации, лишали ли бы самолёты управления, заставляли ли бы их камнем падать на землю. Мысль о том, что потенциальный противник мог бы применить всё это против гражданской авиации и многократно увеличить ничем не оправданные потери, неохотно пришла чуть позже.

Устав от безуспешных поисков чего-то несуществующего, но теоретически реального, Звездопадов почему-то перешёл к приятным воспоминаниям. Было время, когда его подсознание работало на опережение повседневных желаний. Ещё студентом он без труда уговаривал девушек на любые полезные для него действия. И если у большинства однокурсников подобные способности сводились к примитивному пикапу, то Ярослав действовал гораздо более практично. Таинственным взглядом и поэтичными шутками он легко получал от милых дам не им написанные шпаргалки, фальшивые медицинские справки, театральные контрамарки, не им оплаченные гостиничные номера и многое другое. Да и лучшие прозаические сюжеты он писал «на автомате», когда мысли ложились на бумагу раньше, чем окончательно осознавались. Но с годами связь с Вселенским Разумом прервалась, вероятнее всего из-за примитивности действий, для которых она использовалась. При этом память хранила тот приятный эффект удивления, который неизменно оставался после непроизвольного включения неподвластных желаниям сверхспособностей. А удивляло фантаста то, что гениальная мыслительная деятельность почти всегда включалась без заказа с его стороны. Иногда казалось, что он работает не на себя, а на какого-то неведомого «того парня».

Стоило Ярославу подумать подобным образом, как необъяснимый, но столь долгожданный процесс пошёл…

… Одна из наименее популярных версий толкования Тунгусской катастрофы приписывала спасение Земли от неминуемого, разрушительного для всей планеты столкновения с каменным метеоритом таинственным пушкам. Эти орудия, неведомо кем и когда закопанные под поверхностью, якобы стреляли неведомым лучом по потенциально опасному объекту и слегка изменяли его траекторию. В результате гибельный для всего живого таран, превращался в контакт по касательной. Как всегда, спасительными героями становились неведомые пришельцы с их, так и не обнаруженной артиллерией, но никак не земляне, жившие в ту пору. Однако некоторые фантазёры приписывали кому-то из простых смертных способность мыслью воздействовать на чужеродный объект…

Цитаты из некогда прочитанных книг стали роиться в мозгу литератора, опережая одна другую, но все они быстро упорядочивались и сплетались в своеобразный клубок строго определенной тематики. А непонятно откуда поступающая словесная информация постепенно сливалась с тщательно упрятанным в глубинах сознания красочным видением. И данный зрительный образ больше всего напоминал собой прямой репортаж с борта космического аппарата…

Фантаст непостижимым образом уловил приближение к Земле чего-то громадного, но так хорошо замаскированного от самых современных радаров, что ни одна антиастероидная станция не могла зафиксировать ничего подозрительного. Объект смело шёл на таран планеты! Подсознание давало понять, что движущемуся с межзвёздной скоростью кораблю было легче сместить со своего маршрута примитивный обитаемый мир, чем свернуть с заданного пути. Изменение траектории было сопряжено с нарушением режима комфорта и с некоторым процентом риска для процесса жизнедеятельности пилотов. Неизбежные последствия для случайно задетого орбитального куска материи экипаж, как ни странно, не интересовали. Тем не менее, дежурный у пульта попытался получить как можно больше информации о временно заселённом разумными гуманоидами уголке данной звёздной системы. Впрочем, ему это было нужно только для научной статистики. Что-либо изменять в судьбе живых незнакомцев и в направлении давно прописанного маршрута, он не имел права.

Чёткая голограмма рисовала огромную приборную панель с сотнями светящихся лампочек и кнопок. Понять их назначение непосвящённому не представлялось возможным. Тем не менее, подсознание земного фантазёра работало в ритме компьютера, переключенного на экстренный режим. И довольно скоро взгляд землянина необъяснимо сфокусировался на одном из фиолетовых кружков, явно предназначенных для нажимания. Почему и зачем был выбран именно данный рычаг управления, сознание умалчивало. Рядом с анализаторами сложных электронных процессов на мягком лежаке располагалось нечто неповоротливое по форме, но явно живое. Существо с пятью глазами и множеством щупалец, с телом, слегка напоминающим бегемота, лишь на доли секунды появилось в поле зрения Звездопадова. Вид данного, на первый взгляд безобразного организма, почти моментально сменил силуэт девушки в купальнике. Достойная конкурса красоты милашка сидела перед экраном управления на вращающемся стуле и держала в руках шариковую ручку со съёмным колпачком.

Звездопадов понял, что его мозг не стал засорять рассуждения невольным испугом от внешнего вида будущего собеседника. Орган мышления изображал для заметно растерянного мужчины вместо чего-то неведомого, наиболее приятную для восприятия форму органического объекта. Да и элементарный письменный прибор в руках, бывших щупальцах космического чужестранца, вряд ли был настолько прост, каким казался случайному контактёру. Но вникать в особенности его конструкции не было ни нужды, ни времени.

— Расскажи мне о своей планете, — в сознание фантаста поступила беззвучная, но неопровержимая информация.

Звездопадов стал вслух, подобно роботу-учителю, излагать фундаментальные сведения. Впрочем, он быстро опомнился. Литератора начали грызть сомнения: а не выдаёт ли он стратегически важные сведения потенциальному противнику. Что бы хоть как-то успокоить себя, он начал немножко врать хладнокровному, как настенная картина, поглотителю собственной информации. Ждал возможных упрёков. Впрочем, красавица в сияющем звёздным блеском бикини не возражала. Она вообще не проявляла никаких эмоций. Подобное показное безразличие ещё более насторожило обречённого собеседника. Когда Ярослав называл принятое на Земле значение скорости света, он занизил эту базовую цифру ровно в десять раз. Когда описывал границы Солнечной системы, уже освоенные местной космической техникой, он наоборот завысил данный показатель на несколько порядков. Зачем вечный мечтатель делал это? Он просто не хотел стать предателем для родного ему мира. После того как говорливый осведомитель озвучил преувеличенную информацию о численности и возможностях человечества, девушка за пультом не смогла сдержать лёгкий смешок.

— Какими же вы выглядите необразованными и наивными, — космонавтка направила лазерный луч из своей «шариковой ручки» на одну из кнопок. После этого на её мониторе высветились все земные физические константы сразу в двух вариантах. В одной колонке находились цифры признанные учёными всех известных фантасту университетов, во второй слегка изменённые. Видимо у представительницы другой цивилизации были свои показатели для расчётов.

Жалости в глазах полуобнажённого пилота не читалось. Таран с планетой, заселённой неперспективными гуманоидами по-прежнему    казался дежурной по полёту всего лишь будничной неизбежностью. Гипнотизировать безжалостную представительницу чужеземного экипажа на любое другое продолжение полёта, или на какое-нибудь спасительное для землян действие было бесполезно. От одной только мысли об этом мозг фантаста пронзал болевой луч неизвестной природы, который вполне мог стать фатальным. И зависело это исключительно от желания астролётчицы в бикини.  А она тем временем большим пальцем правой руки подталкивала колпачок на своей многофункциональной ручке. Тот отрывался от корпуса, долю секунды парил в воздухе и падал на прежнее место. Дева-штурман явно тренировала свою реакцию.

Планировать что-либо конкретное в сложившейся ситуации казалось абсурдным занятием. С непонятной даже ему самому целью, Звездопадов решил и дальше смешить Бога выдумками. Именно с всемогущим небесным существом ему в данный момент ассоциировался странный организм по другую сторону голографической связи. Как ни как, а именно от действий объекта в бикини зависело дальнейшее существование землян. Так, во всяком случае, считал уже ни во что не верящий фантаст.

— Тебе осталось болтать не более шести минут, — неизвестно зачем предупредила информатора странная модница в купальнике, которая всё ещё казалась беззащитному фантазёру палачом всей его цивилизации.

Девушка-пилот говорила об интервале времени, но Ярославу казалось, что она напрямую намекала ему на шесть граммов материи, исчезающей из тела в момент смерти. И к этому нежеланному мигу он невольно приближался, готовился, хотя и надеялся противостоять. Глядя на летающий над «авторучкой» собеседницы колпачок, фантаст решился на отчаянный и явно глупый шаг. Пытаясь свершить что-то невероятное, Звездопадов начал «травить» самые избитые анекдоты.

Пилот межзвёздного корабля раз за разом заливался хохотом. Его тело раскачивалось из стороны в сторону. Судя по всему, в потоке серьёзных и важных знаний понятие юмора пятиглазыми бегемотами на щупальцах было давно утеряно и в данный момент возрождалось.

После очередной шутки, дежурную по полёту особь наконец-то подвела реакция. Колпачок в очередной раз оторвался от привычной опоры и взмыл вверх. Подставить «авторучку» под её верхнюю, временно свободную часть, «девушка в бикини» не успела. «Защитный чехол», или прибор ещё какого-нибудь  неизвестного назначения, который сознание литератора рисовало в форме примитивной насадки, упал именно на ту кнопку, на которой Звездопадов сфокусировал своё внимание с самого начала беседы.

Включились какие-то дополнительные двигатели. Корпус корабля задрожал. Тело космонавтки заметно вжалось в левую часть мягкого кресла. Вновь на доли секунды оно приобрело свой реальный вид с нечётным количеством глаз и множеством щупальцев. А затем исчезло из поля зрения землянина навсегда…

Судя по всему, корабль незваных гостей из-за случайного включения каких-то резервных механизмов, вопреки воле пилота, всё же незначительно изменил направление своего движение. Безусловно, «девушка в бикини» исправила собственный недочёт и легко вывела аппарат на заданную траекторию, но Земля уже осталась позади. Спустя некоторое время, за свой нелепый просчёт она получит что-то вроде выговора с занесением в личное дело. А вот чувство юмора из её сознания уже не удалит никто и никогда.

Местные сейсмологи зафиксировали непривычный толчок, но не придали ему особого значения. Но разве это важно? Фантаст неожиданно понял, что он впервые сделал то, что обычно приписывалось всесильным пришельцам из далёких миров. Получалось, что он реально повлиял на ход земной истории, а при этом ещё и рассмешил Бога…

Звездопадов попытался вздохнуть с облегчением, но не успел. Окружающий его мир стал расти до невероятных размеров, когда мистик с неподдельным сожалением всё понял. Он начал превращаться в некий, никем невидимый и даже неосознаваемый материальный луч.  Новому эфирному образованию предстояло догнать уходящий вдаль от Земли чужой звездолёт. Сначала в подсознании фантаста вспыхнула надежда, что ему предстоит стать вечным клоуном для разумных бегемотов со щупальцами. Но голос Вселенского Разума развеял последнюю мечту. Только что свершившееся превращение было отнюдь не переходом через Чёрную Дыру в бессмертие. Оно являлось жестоким наказанием за его личное вмешательство в дела и планы инопланетян. Особенно удручало Звездопадова то, что его самый новый сюжет так никогда  и не обретёт своего читателя. Главному результату его творческого порыва суждено было остаться всего лишь незримым квантом межсознательного восприятия двух так и не встретившихся цивилизаций. О воплощённом в реальности плоде его фантазии не должен был узнать никто из людей. Получалось, что таким безжалостным образом межгалактический цензор накладывал табу на последнюю книгу фантаста.