Пётр СЕМИНСКИЙ

Последний дьявол

фантастический рассказ

Когда тьма над побережьем рассеялась, Стас увидел собственное тело с высоты птичьего полёта. Оно беззаботно лежало в одном из геологических разломов. Никаких примет ужаса не наблюдалось в чертах умилённого покоем лица. Дальнейшие видения было совсем нетрудно предсказать: приближался всем известный тоннель с его притягательным сиянием бессмертия в конце. После стольких приключений и открытий подобный финал казался особенно обидным и бесцельным.

Именно в этот момент к безжизненной плоти своего старого знакомого подбежала взволнованная Пальмира. Она была одета в поношенную матросскую тельняшку и в темно-синюю юбку. Встревоженная случившимся женщина подняла вверх руки и начала медитацию без слов. Затем она оттащила на несколько метров любимого моряка и продолжила свою связь с небесами.

Не прошло и минуты, как дно расщелины  начало медленно опускаться в глубины таинственного острова, будто лифт. Это приспособление уносило в лабиринты недр Пальмиру и несчастного землянина. Переполняемый неописуемым интересом невидимый сгусток материи, в котором в данный момент находился разум Стаса, юрко нырнул в щель, вдогонку за своим недавним хозяином…

Стас с трудом приподнял голову. Потолок помещения, в котором он лежал на кровати, представлял собой экран значительных размеров. Внешне он напоминал купол. За пределами этой полусферической громадины продолжалась жизнь подводного мира. Диковинные рыбки и моллюски находились в нескольких шагах от беспомощного человека. Водоросли, которые прилипли к полупрозрачному барьеру, образовали подобие  неповторимых висячих садов, своеобразное чудо океанских глубин. Чуть поодаль можно было различить контуры водолазов с «Альтаира»: того самого исследовательского судна, которое доставило на остров бедолагу Стаса.

Моряк повернулся на правый бок и осмотрел комнату. Знакомая с детства мебель дедовской дачи, а также его собственный портрет в деревянной рамке, заставили смахнуть слезинку с обожжённой щеки. Кроме воспоминаний детства в сознании отчётливо возобновлялись сведения о подводных куполах неизвестного назначения. Эти строения были обнаружены неподалёку от западного побережья Испании. К сожалению, сколько бы ни напрягал Стас свою волю, нужного ему справочника так и не появилось ни в памяти, ни в руках.

Стас попытался вспомнить события минувшего дня. Сознание упрямо рисовало изображение воскресшей Пальмиры. Кто же эта загадочная незнакомка, которая сумела в своё время поглотить разум погибшего здесь морехода, а сегодня так и не позволившая умереть ему, Стасу? И будто отзвук на телепатический клич, в зал вбежала непредсказуемая островитянка.

– Как здоровье? – спросила она.

Год назад это была наивная девчонка. Но теперь перед Стасом красовалась современная молодая брюнетка. Её походка и изгибы форм невольно напоминали о европейских салонах красоты.

– Ты жива, – с трудом произнёс Стас. – А я уж думал, что ёжик уничтожил тебя и всех жуков.

– Так всё и было, – ответила Пальмира. – Но ты же вернулся и принёс нам неожиданную жертву. Эта слишком рано прерванная жизнь, подарила мне очередное возрождение.

Пальмира села в кресло, которое плотно придвинула к кровати Стаса. Она слегка наклонила голову и сложила губы бабочкой. Чёрные волосы быстрой волной пробежали по груди, едва прикрытой лёгкой блузой. Левое колено островитянки почти прикасалось к подбородку гостя, а правое моряк ласкал вытянутой рукой. Ладони хозяйки бесцельно тормошили ткань сидения и юбки. Её взгляд излучал волнение и надежду.

– Что с тобой, Пальмира? Тебя сегодня не узнать, – заметил Стас.   

– А я и являюсь уже совсем другим существом, хотя и нахожусь в том же теле, – ответила носительница новых тайн. – Год назад мною руководило лишь мировоззрение одного неведомого утопленника, погибшего здесь несколько веков тому назад. А теперь во мне главенствует сознание современного спасателя, заплатившего излишне жестокую цену за попытку угомонить тебя. А ведь этот человек знал гораздо больше, чем мой первый наполнитель.

Эти слова невольно заставили о многом задуматься.

– Но ведь ты состоишь из маленьких жучков, – удивился Стас. – Как же могут умещаться в тебе людские души?

– Всем известен феномен стада. Неразумные полипы строят жильё по строгим законам геометрии. Саранча преодолевает пустыню и напрямую направляется к плодородным землям. Что управляет этими сообществами, вам неизвестно. Местные жуки – это пример того же парадокса. Вот только подчиняются эти твари исключительно мне. Я носитель духа. Духовная сила управляет всем остальным. Я – пример относительного бессмертия.

       А как же ёжик: он же съел твоих собратьев.

       Мелочь, – отмахнулась Пальмира. – Всё равно, когда-нибудь на остров высадился бы человек, и всё началось бы заново.

– Так ты начинаешься с чьей-то смерти? – удивился Стас. – А не ты ли сожгла моего друга, ради возрождения?

– Моё возникновение – это воплощение ваших тайных идей, выполненное из некогда разумного сырья, – эгоистично продолжила диалог Пальмира. – Каждый настоящий Разум может создавать не только детей. Ты в этом убедился на моём острове ещё год назад…

От запутанных рассуждений хозяйки острова у Стаса начала болеть голова. Он спросил, можно ли погулять по свежему воздуху. Пальмира открыла двери и вывела гостя в тёмный наклонный коридор. После непродолжительного подъёма по подземному ходу они оказались в карстовой пещере, а оттуда выбрались на побережье.

Океанские дали в этот день казались примером тишины и покоя. Накатывались на жёлтый песок беззаботные волны, а над ними кружили крикливые чайки. В нескольких сотнях  метров от берега готовился к отплытию «Альтаир».

Несмотря на жару, Пальмира заставила Стаса одеть безрукавку. Самодельная одежда была сплетена из перьев фазана. Этот подарок аборигенка считала незаменимым в непредсказуемых ситуациях текущего дня. Моряк сначала отказывался, но в результате согласился одеть несколько странный убор. Стас вспомнил легенду знакомого охотника, который утверждал, что застрелить фазана можно только в глаз. Так что теоретически этот жилет можно было считать пуленепробиваемым.

– Погуляй немного в одиночестве, – предложила Пальмира. – С наслаждением побродила бы рядом с тобой, но у меня под куполом много дел. – Островитянка послала гостю воздушный поцелуй и вернулась в своё подземное жилище.

Стас задумчиво блуждал по ближайшему перелеску, пока не заметил тропу, которая вела к огромному кипарису. Но пробираться в неизвестность по чужим следам спасённый романтик не торопился. Проходя мимо свежей могилы, он задал сам себе вопрос: как выглядел неизвестный ему спасатель, отдавший жизнь ради спасения нерадивого пассажира. В то же самое мгновение  камни и береговой песок сложились в скульптурное изваяние. Стас представил себе, как подобный памятник выглядел бы на столичном кладбище. Недостающие детали быстро дополнили траурный ансамбль. Рукотворную стелу в честь древнего морехода, Стас менять не стал. Два монумента находились рядом. Сколько их здесь будет через год?

Возвращаясь к подземному ходу, он ещё раз осмотрел тропу. Моряк внимательно рассмотрел дёрн вблизи могучего дерева. Неожиданно прозвучал чей-то голос:

– Что ты ищешь возле моего корабля?

Стас вздрогнул и оглянулся. Из дупла вылез обросший волосами человек. Его бёдра едва прикрывала полотняная повязка. Внешне бессистемные движения зрачков выдавали усиленный злобой страх.

       О каком судне ты говоришь? – спросил Стас.

       Вот об этом, – ответил дикарь и потрогал ладонью кору кипариса. – Уже много лет я жду старта этой небесной машины.

То, что собеседник безумен, не вызывало сомнения. В нём подсознательная память о прошлом смешалась с повседневной реальностью. Но Стас решил не пренебрегать сведениями даже от столь странного информатора. Он внимательно осмотрел несчастного и заметил на руке незнакомца прозрачные перепонки. Люди, которые тонули в воде, но чудом избежавшие смерти, иногда обнаруживали у себя между пальцами рук и ног тонкие плёнки. Анатомы назвали такое образование «перчаткой утопленника».

       Ты тонул когда-нибудь? – спросил Стас.

– Да. Я погиб под водой, но хозяйка этого острова сумела вернуть меня к жизни. Я многое могу рассказать тебе об этой ведьме, – признался Водяной, так Стас решил называть нового знакомого.

       Начинай. Я очень внимательно слушаю.

Водяной делал всё возможное, чтобы вызвать в душе моряка доверие и сочувствие. Но подсознание опытного исследователя напоминало о возможной ловушке. Прежде чем выслушать рассказ островитянина, Стас представил себе миниатюрный детектор лжи. Через   несколько секунд его карман дополнился маленьким, но очень полезным приспособлением.

Исповедь обитателя кипарисового дупла поведала о том, что на Земле когда-то давно якобы существовало много янтарных кораблей, похожих на тот купол, которым теперь владела Пальмира. Их можно найти в любом море. Разумных обитателей этих своеобразных субмарин люди называли морскими дьяволами. Представители данного вида жили в глубинах вод. Клан подводных духовных вампиров знал одну лишь конкретную цель: постепенное уничтожение человечества. Это должно было случиться без использования оружия массового уничтожения, ведь самим поглотителям духа необходима была своеобразная пища: серое вещество землян. Ужас на людей наводили летающие диски этих злых порождений океанского дна. Эти аппараты могли стартовать из-под воды и летать над планетой с неведомой целью. Управляли небесными машинами биороботы: несчастные земляне, которых ещё в состоянии зародыша извлекали из утробы матерей и зомбировали должным образом. У себя на груди эти узники носили специальный чёрный ящик связи, который непрерывно контролировал их действия. В случае неповиновения это приспособление взрывалось.

Водяной упорно доказывал, что соплеменники Пальмиры таили от людей главные знания мира. Он также пытался растолковать неожиданному собеседнику, что балтийский янтарь является обломками одного из кораблей морских дьяволов. Что Тунгусский метеорит – это также результат аварии такого же корабля при запуске очередного диска. После катастрофы вблизи Подкаменной Тунгуски поглотители духа оказались на грани вымирания, да и люди стали уже не такими доверчивыми, как раньше…

Очень много чудес вплёл Водяной в свой запутанный рассказ. Стас ни за что не поверил бы этому красноречивому бреду, если бы в его кармане не было детектора лжи. Приспособление, исполненное по его заказу соплеменниками Пальмиры, действовало безотказно. Но в данный момент оно не излучало ни звуковых, ни световых сигналов. Получалось, что рассказчик не врал. Пусть внешний вид болтуна давал лишний повод неверию, Стас заставлял себя принять информацию Водяного.

– Неужели хозяйка острова не догадывается о твоём существовании? – спросил моряк.

– Всё она прекрасно знает, – ответил болтливый сумасшедший. – Но эта ведьма принимает меня за юродивого. И даже дополнить свой мозговой запас моими знаниями не спешит. Только далеко не обо всём догадывается лицемерка, которая сравнивает себя с половиной мира. Я могу перехватывать информацию, предназначенную отнюдь не мне. Ты считаешь свою любимую поглотительницей Разума? Это ешё мягко сказано. Ей вообще не нужны думающие существа…

В этот момент карманный детектор лжи короткими гудками предупредил об умышленном искажении фактов. Это обрадовало Стаса.

– Каждый жук в теле Пальмиры, – продолжал исповедь Водяной, –  это  чья-то уничтоженная жизнь.

– А может это спасительный Разум? – поинтересовался Стас, с наслаждением вслушиваясь в непрекращающиеся гудки.

 – Она целенаправленно уничтожает вас! – уже кричал Водяной, но его голос не мог заглушить звуковые пульсации карманного инспектора нравов. – Всё равно, я добьюсь того, чего желаю! Пальмира обязательно поглотит моё тело и мысли! Я достигну этого!

Последние слова казались абсурдом, но их прибор оценил как самые искренние, поскольку детектор временно утих. Стас ещё больше удивился непредсказуемости своего нового знакомого, но вслух об этом говорить не стал.

– А как можно окончательно избавиться от всей этой дьявольщины? – иронично спросил моряк.    

– Каждый духовный вампир погибнет, только если будет засыпан многометровым слоем почвы. Это единственная возможность превратить их в пепел, – искренне признался Водяной. – Все вулканы Земли – это не что иное, как могилы дьяволов.

– Я верю, что ты можешь перехватывать радиограммы, – признался Стас. – А мог бы ты передать на материк шифровку?    

– Я могу только дополнять чьи-то сведения. Вот сейчас "Альтаир" сообщает о двух погибших…

       Немедленно дополни, что это ошибка! Я – жив!

       Как же я сам не догадался о таком варианте, – простонал Водяной. – Сейчас же всё уладим.

Детектор лжи предупредил, что дикарь не совсем точно формулирует свои намерения…

Капитан научно-исследовательского судна «Альтаир» Александр Раткевич следил за линией горизонта в бинокль. Без вызова к нему на мостик устремился радист. Русоволосый паренёк был явно чем-то встревожен.

– Капитан, я ничего не понимаю, – докладывал он не по форме. – После моего сообщения о трагедии на острове, несколько секунд в эфире сохранялось полное молчание. Такой могильной тишины мне не приходилось улавливать никогда раньше. А затем поступил необъяснимый приказ неизвестно от кого. Читаю его дословно: «Благодарим за внимание и заботу. Огромный успех заключается уже в том, что вы не оставили без внимания микроскопический эмбрион неизвестной болезни. Приказываем атаковать данный остров торпедами и бомбить с воздуха».

– Бессмыслица какая-то, – удивился капитан. – Чем ты можешь это объяснить?

– Только умышленной дезинформацией, – ответил радист. – Кто-то дополнил шифровку обманной информацией.

– Если эти так, то шутника можно было запеленговать.

– Что я и сделал, – с гордостью признался радист. – Только получается, что абсурдная информация передавалась непосредственно со злополучного острова. 

– Но этот странный оазис среди океана мы исследовали только вчера, – возмутился капитан. – Там нет никакого передатчика! Но если мы получили приказ, то его нужно исполнять, а рассуждать о дезинформации, это не наше дело. – Раткевич взял в руки микрофон и отдал распоряжение: – Готовить торпеды к бою!…

Боевой вертолёт совершал уже пятый круг над островом. Опытный пилот Евгений Загарин мечтал о том, как было бы хорошо найти ровную площадку для посадки. И вдруг прямо под винтокрылой машиной появилось именно такое место, хотя мгновение назад этот квадрат казался непроходимым лесом. Пилот посмотрел на карту острова и побледнел. Капитан «Альтаира» заметил реакцию лётчика и тоже всмотрелся в планшет. Место, над которым находился вертолет, имело странное название: «Равнина Раткевича». До вылета подобных географических названий на плане острова не было.

– Ещё один бред! – возмутился капитан Раткевич. Раньше его именем только жена шутливо называла их дачу. – Утром на этой бумаге ничего подобного не просматривалось. Возвращайся к берегу. Впрочем, погоди. Что там за жёлтое пятно?

– Если верить химическому анализатору, то там, под слоем почвы находится янтарный купол, – ответил   Загарин. – А расположен он в

Когда пилот бросил взгляд на карту, он покраснел, и, как показалось капитану, поседел. В месте нахождения купола на карте типографским способом было напечатано: «Бухта Загарина».

– А ведь места на карте обычно получают имена погибших, – сделал странный вывод Раткевич. – Нам здесь оставаться опасно. – Уходим! Будем бомбить остров одновременно с торпедной атакой…

Когда Пальмира вернулась к гостю, Стас смотрел на неё уже не так ласково. Если раньше один только взгляд этой женщины вызывал в нём порывы страсти и наслаждения, то теперь каждый миг пребывания рядом с островитянкой облучал моряка необъяснимой тревогой.

– Странно ты себя ведёшь, – заметила Пальмира. – Час назад твоё сердце пленило меня, а теперь ты погряз в отчуждении.  Уж не встретил ли ты последнего дьявола?

Тревожное молчание гостя красноречиво ответило на почти риторический вопрос.

  Вот почему твои глаза сияют ядовитым блеском. Этот кипарисовый идиот неплохо владеет гипнозом. Но больше-то он ни на что не способен, кроме перекладывания своих грехов на безвинных современников. А ведь я дважды спасла тебя от гибели, потому что любила и продолжаю любить, – почти плакала обречённая женщина. – Почему ты так легко поверил сказке безумного дикаря?

– Я больше не верю твоим красивым словам, поглотительница разума, – признался чудом выживший романтик. – А если Водяной так нагл, то поглоти его сознание. Пренебрегать даже его серым веществом не стоит, это будет непростительным расточительством.

– Но тогда его безумные планы уничтожения человечества станут руководить и мной, – глубокомысленно заметила Пальмира. – Такая смерть станет для него долгожданной победой над нами.

В этот момент началась атака острова с моря и с воздуха. Первой цели достигла одна из торпед. Она скользнула по вершине купола, но янтарную громадину не повредила. Затем она подпрыгнула на полметра и оказалась на противоположном берегу, у подножья двух монументов. Прозвучал взрыв, который уничтожил оба памятника. Дальне началось непонятное. Вопреки законам физики осколки уничтоженных изваяний полетели не в разные стороны, а целенаправленно. Некоторые из них двигались в сторону океана и заставляли следующие торпеды врываться на подходах к острову. Некоторые каменные обломки летели вверх, навстречу падающим бомбам…

– Всё! Это конец!  – сквозь слёзы шептала Пальмира. – Только пока я опиралась на веру настоящего человека, мне удавалось поддерживать существование этого острова. Ты поверил последнему дьяволу и погубил меня вместе с моим неповторимым творением. Прощай, Стас! Только твоя любовь сможет вернуть меня к жизни! 

Всё больше снарядов достигало цели. В жилет, подаренный гостю Пальмирой, впивались сотни смертельных осколков, но ни боли, ни страха Стас не чувствовал. Правда, вскоре близкий взрыв контузил его…

Когда моряк очнулся, его глазам открылось неописуемое зрелище: остров, вместе с янтарным куполом значительно уменьшался в размерах, а рост землянина не изменялся. Вдруг Стас ударился макушкой обо что-то прозрачное, но очень твёрдое. Нечто похожее на стеклянную сферу готово было захлопнуться  в полуметре от него. Испуганный путешественник спешно представил себе лаз, позволяющий выбраться из этого капкана. Неведомая сила острова сработала в последний раз. Стас успешно выбрался за пределы сжимающегося шара.

Теперь остров Пальмиры не превышал по размерам комнату в провинциальной квартире. А ещё через несколько минут мир, в котором совсем недавно находился Стас, мог бы уместиться в футбольном мяче. И в этом ограниченном пространстве происходило действо, которое можно было бы сравнить с разрушением целой планеты огромными астероидами. В конце концов, остров превратился в обыкновенный булыжник с небольшим вкраплением янтаря. Этот камень стал тонуть в солёной воде океана.

Стас нырнул за ним и успел подхватить в руки загадочный кусок материи. Он спрятал находку в карман. А в его сознании всплывал вопрос: зачем Пальмира превращает земной разум в донный песок? Найти ответ оказалось непросто…

Бомбардировка острова не прекращалась даже после его исчезновения с экранов радаров. Раткевич оказался добросовестным исполнителем приказов. Стаса ожидала неизбежная гибель, но вопреки логике, взрывная волна подхватила его тело и отбросила на безопасное расстояние. Жизнь продолжалась. Но даже отсрочка рокового мгновения не обещала ничего приятного: моряк падал в водную бездну с непростительно большой высоты. Он оглянулся по сторонам и с удивлением заметил, что рядом с ним параллельным курсом летел бодрый и радостный Водяной. В отличие от Стаса безумец не думал о возможном финале данного полёта.

– Наконец-то я смогу подкрепиться разумом доверчивого придурка, – кричал последний дьявол, чтобы заглушить эхо собственного смеха. – Ты вопреки собственной воле помог мне уничтожить проклятый остров Пальмиры. И теперь твоя плоть может стать моей пищей. Не взорванная красавица, а я являюсь последним наследником могучих морских вампиров!

Стас не вслушивался в эти слова. Он с ужасом смотрел в смертельный водоворот, который быстро приближался снизу. Неожиданно, моряк заметил на плече дарёного жилета какое-то кольцо, и машинально рванул за него. Несмотря на то, что остров Пальмиры исчез вместе с хозяйкой, и исполнять романтические желания было некому, над головой потенциального утопленника взвился купол парашюта. Это полотнище сохранило следы ручной работы и природные узоры материала. Оно, как и жилет, было сплетено из перьев фазана.

Стас медленно парил над океаном, а последний дьявол с криками проклятий спикировал в солёную воду…

После успешного приводнения Стаса, его полуживого подобрала спасательная шлюпка и доставила на борт «Альтаира». В закрытой каюте его, будто прокажённого, везли на материк для специальных медицинских исследований на наличие носителей какого-то нового заболевания. С экипажем Стас мог общаться только через экран монитора. Но потерпевший оказался на удивление молчаливым: он не спешил рассказывать о случившемся кому бы-то ни было. Моряк хотел сам до конца осознать произошедшее

В ближайшем порту медики проверили больного, но ничего подобного на вирусы так и не нашли. Случай вблизи острова пришлось списывать, как дезинформацию приборов наблюдения. А Стаса, после выписки из госпиталя, ждала свобода земной жизни. Чудак, которому посчастливилось дважды обмануть смерть, больше не рвался в морские путешествия. Он отправлялся домой.

Перед отлётом в Минск Стас бродил вдоль скалистого побережья. За тысячи лет океанские волны и шквальные ветры выполнили здесь огромный объём работ. На несколько километров от линии  прибоя тянулись глубокие овраги, в которые самосвалы сгружали мусор. Стас попробовал подсчитать: сколько веков успеет перекочевать на страницы истории, прежде чем эти разломы превратятся в ровный берег?

Безрезультатные подсчёты прервал человек в истрёпанной одежде и обросший давно не стрижеными волосами. Этот чудак неожиданно взобрался по крутому склону и подбежал к Стасу. Это был всё тот же Водяной. Как ему удалось выжить, оставалось загадкой. Безумный собеседник пытался укрыть на груди какой-то ящик, но изорванные ткани его одеяния не позволяли этого сделать.

– Здравствуй, мой пирожок, – ехидно приветствовал Стаса последний дьявол. – Ты считаешь себя победителем? Ошибаешься! Ты уничтожил проклятый остров и освободил меня от конкурентки. А дождаться приятного ужина я всегда успею. Так что не забывай меня никогда. Даже будучи на том свете, не брезгуй мною, заходи в гости.

Водяной засмеялся. Казалось, что от этого хохота задрожала Земля. Но больше всего раскачивался в данный момент неведомый ящик на груди полоумного. Эта невольная ноша была единственным доказательством принадлежности данного существа к вымирающему роду подводных поглотителей разума.

Когда безумец успокоился, он, будто заправский пародист, исполнил рукой движение, похожее на переключение скоростей в машине. Затем голосом сымитировал звук двигателя и побежал вниз. С неизвестной целью беглец скрылся в прибрежном ущелье.

 Раньше таким несчастным прощали и гораздо более жестокие поступки. Но в данный момент самолюбие Стаса вспыхнуло пламенем злобы. Человек желал мести. Он достал из кармана булыжник: всё то, что осталось от острова Пальмиры. Моряк поцеловал этот кусок твёрдого вещества, сравнимого с частицей его судьбы. Несколько минут думал. Особенно чётко память воспроизводила слова Водяного о том, как можно уничтожить поглотителя духов. К сожалению, присыпать песком полоумного, который скрывался где-то внизу, было невозможно. В отчаянии. Стас швырнул близкий сердцу камень вдогонку последнему дьяволу...

Страшный крик на несколько мгновений заглушил все звуки берегов. Стас закрыл глаза и заткнул пальцами уши. Когда всё стихло, и он вновь взглянул на мир, глубоких оврагов рядом не было. На их месте образовался пологий спуск к океану. В некоторых местах его украшали кипарисы и другие деревца. Остров Пальмиры увеличился до первоначальных размеров и слился с геологическими разломами. Теперь это был неповторимый природный ландшафт. К самой воде подступал идеальный пляж.

Один из саженцев обнимала женщина. Она смотрела на океан и плакала. Стаса переполняли догадки. Он подошёл поближе. А едва глянул в голубые глаза, беззаботно отражавшие солёную воду, он упал на колени и тоже зарыдал. Ведь к нему навстречу бежала Пальмира.